Нападающий «Трактора» Андрей Костицын о карьере в НХЛ, приглашении в Челябинск и прошлогоднем финале.

Появление в «Тракторе» Андрея Костицына в сентябре 2012-го произвело эффект разорвавшейся бомбы. Мало кто ожидал, что столь опытный игрок в самом расцвете сил может в локаутный сезон заключить не страховочный, а полноценный контракт с клубом КХЛ. Но это произошло и нападающий с первых же минут на льду начал доказывать, что «Трактор» не прогадал. «Тот самый гол» в Кубке Гагарина дал понять, насколько белорусский форвард важен для «черно-белых», и в июне Костицын продлил соглашение еще на один год. Сейчас команда только ищет свою игру, но сомнений в том, кто сможет «выстрелить» в самый нужный момент нет. Это Андрей Костицын. 

Не ожидал, что на драфте меня выберет «Монреаль»

- Андрей, этот сезон десятый в твоей профессиональной карьере, расскажи, как начинался твой путь в большом хоккее?

- В начале карьеры я выступал в Беларуси за клубы «Полимир» Новополоцк и «Юность» из Минска, а потом меня взяли в ЦСКА – это был мой первый российский клуб. Но там мне не удалось закрепиться в основе, и после переводов в ЦСКА-2 и обратно, появился вариант с «Химиком» из Воскресенска.

– После ЦСКА был драфт НХЛ 2003 года, в котором тебя выбрали под высоким десятым номером в первом раунде. Вспомни свои ощущения, после того, как тебя выбрал «Монреаль»?

– Перед драфтом агент рассказал, как всё будет происходить, обо всей процедуре. Я понятия не имел, под каким номером меня выберут. Просто ждал, когда объявят мою фамилию. И когда это сделал «Монреаль», мне, конечно, было очень приятно. Ещё я удивился, так как не проходил преддрафтового собеседования с их представителями, хотя со многими другими клубами удалось пообщаться. И когда «Канадиенс» назвали мою фамилию, это было совершенно неожиданно. 

– Как обстояло дело с языковым барьером на тот момент?

– Французский я даже не учил, а вот английским, сразу как приехал в фарм-клуб, начал заниматься с преподавателем. Пытался общаться с партнёрами по команде, но это было лишь во время тренировок – где-то пару часов в день, поэтому практики не хватало. Когда звонил домой, то общался по-русски, а вот на практику английского по началу времени не было. В команде был парень из Латвии, но мы с ним тоже по-русски разговаривали. Потом нас обоих практически одновременно вызвали из фарма, и наши дороги разошлись. 

– В Гамильтоне ты не только привыкал к североамериканскому хоккею, но и к новому для себя силовому стилю игры…

– Да, до этого я не играл в такой хоккей, но в Лиге, где играл «Гамильтон Бульдогз» это является нормой: и играть в тело и доигрывать эпизоды меня научили именно там. Надо уметь группироваться, стараться играть с высоко поднятой головой. Нужно было принимать этот стиль, если хотелось чего-то добиваться. В Гамильтоне даже ведущие игроки были обязаны уметь играть в тело, бороться у бортов.

«Трактор» предложил самый хороший вариант продолжения карьеры

– Тренеры «Монреаля» следили за твоим прогрессом, и вот однажды тебе сообщили, что ты вызван в основную команду. Как это произошло, и какой была твоя реакция?

– Меня агент предупредил, как это происходит. Там нет такого, что тебе заранее звонят и приглашают. Меня несколько раз переводили из фарма в основу, и каждый раз это было примерно так: после тренировки, или во время обеда звонил тренер «Гамильтона» и говорил, что надо прямо сейчас собирать вещи и лететь в расположение главной команды. И уже вечером того же дня я выходил на игру. 



– Расскажи, каким выдался дебют?

– За первые пару игр у меня было две смены по 40 секунд каждая. И только в третьей игре я сыграл больше, и так по нарастающей. А первый свой в Лиге гол забил Кертису Джозефу.

– В сезоне 2007/2008 вы с Ковалёвым и Плеканецом наделали много шуму в НХЛ. Помнишь тот год?

– Да, конечно. Тогда хорошо сыгрались с ребятами, тренеры стали мне больше доверять - отсюда стало больше игрового времени. Мы много играли в пас и вообще здорово понимали друг друга, поэтому многое получалось. Особенно хорошо бежали в контратаки, создавали много моментов.

– Твой первый хет-трик?

– В гостях с «Питтсбургом». Даже кепки полетели на лёд, так как болельщики «Монреаля» есть в каждом городе. 

– В мае 2008 года происходит знаменательное для тебя событие – в «Канадиенс» приезжает твой брат Сергей. Ожидал ли ты его увидеть в «Монреале»?

– Я не думал, что его «Монреаль» выберет. Он вообще даже на сам драфт не поехал. Но потом позвонил агент и сообщил радостную новость, и тогда я подумал, что у нас появится реальный шанс сыграть в одном звене. 

– В том сезоне «Монреаль» дошёл до третьего раунда плей-офф, но болельщиков команды такой результат не устроил, и они устроили массовые погромы и беспорядки. Помнишь те события?

– Да, мы тогда далеко продвинулись в розыгрыше Кубка Стэнли, причём в нас особо никто не верил, и шансов, как все думали, у команды не много. Мы попали в плей-офф в последний момент, где разница между восьмым и девятым местом была одно очко, но нам повезло, и мы в последний момент запрыгнули в «уходящий поезд». В серии с «Вашингтоном» все специалисты прогнозировали наш вылет, но этого не произошло. Когда вышли на «Питтсбург», то многие говорили, что нам до этого повезло, но вот сейчас мы точно вылетим. Но и этого не произошло. Тогда все начали говорить, что мы можем повторить путь команды образца 1993 года, которая тоже долго запрягала, но Кубок все же взяла. А в третьем раунде то ли соперник посильнее был, то ли мы чуть расслабились, но из Кубка мы вылетели, проиграв серию 1-4. И тогда болельщики начали демонстрировать своё разочарование. Вообще, они после каждой серии бурно отмечали и праздновали, а тут начали переворачивать и поджигать полицейские машины, устраивать погромы. Было даже трудно по городу передвигаться.



– После того, как «Нэшвилл» не стал продлевать с тобой контракт, какие варианты были в твоей голове, где продолжить карьеру?

– Тогда уже точно было известно, что будет локаут, и я решил подождать и посмотреть, что будет. Я поехал домой и, как и все, просто ждал, как будут разворачиваться события. Многие игроки стали разъезжаться по разным странам: канадцы – в Европу, русские – в Россию. У меня не было желания оставаться в Америке и играть за фарм-клуб, или искать варианты в Европе. Мне хотелось найти вариант в КХЛ. Когда я только начинал играть за ЦСКА, то особо не почувствовал уровень российского первенства, так как мало играл в основе. И до самого сентября я ждал, что локаут подтвердится, а потом пошли предложения. После разговора с агентом, решили, что «Трактор» - самый хороший вариант из всех предложенных. 

Поначалу в КХЛ было непривычно. Сейчас уже лучше

Когда было объявлено, что «Трактор» подписал Андрея Костицына, то, как будто бомба разорвалась – не верилось, что удалось подписать игрока такого уровня. Как вообще возник вариант с Челябинском?

– Всё решалось в августе, когда было несколько вариантов для продолжения карьеры. Взвесив «за» и «против», мы с агентом решили, что «Трактор» - самый лучший вариант. Здесь хорошая команда, город, болельщики, поэтому решил ехать в Челябинск.

– Твой первый сезон в КХЛ выдался бурным на события и тебе уже вполне можно сравнить две Лиги. На твой взгляд, в чём основная разница?

– Первое – это размер площадки. Там нельзя расслабляться ни на минуту, скорости другие, долго думать не дают, надо быстро принимать решения. Если твоя команда с шайбой, то движение должно быть только вперёд. Вход в зону – вброс, а затем работа в углах, и главное шайбу на синей линии не потерять. А здесь можно раскатиться заново, и главное – дорожить шайбой. Валерий Константинович поначалу подсказывал, что если не удалось войти в зону с ходу, на скорости, то лучше вернуться и попробовать войти в пас. Сначала было непривычно, но сейчас получается лучше. Просто сам понимаешь, что начиная атаки на скорости в пас, есть больше вариантов для дальнейшего их продолжения, да и сама атака носит большую угрозу. 

– Одна из таких атак уже вошла в историю «Трактора» и стала украшением серии с «Ак Барсом». Гол, забитый за полминуты до конца основного времени, не только стал следствием красивой комбинации, но и впервые в истории вывел клуб в финал. Давай вспомним тот момент…

– Счёт в серии тогда был равным, и ребята в конце матча выходили и бились до конца в каждой смене, старались не допускать ошибок. Вот вышла наша пятерка, и, по-моему, у них в тот момент тоже шла смена, и мы их поймали на контратаке. Хорошо разыграли шайбу и забили гол. Я ехал на ворота и только в последний момент увидел, что Петри уже отпасовал шайбу мне, и надо было только попасть в пустой угол. 

– Твой первый сезон в КХЛ, и сразу же команда играет в финале. Как в целом оцениваешь выступление клуба в прошлом плей-офф?

– У нас собрался отличный коллектив, и все ребята бились изо всех сил. Первые два раунда были тяжёлыми, были равные игры, где-то с преимуществом в одну шайбу. С «Ак Барсом» мы выглядели поувереннее, наверное, сказалась серия с «Авангардом», где все получилось очень хорошо. В финале же, я считаю, нам где-то не повезло, пропустили много глупых голов, не зацепили одну из первых выездных игр серии, хотя возможность была. 

– За счёт чего «Динамо» победило в финале?

– За счёт очень простой игры. Получая шайбу, они переводили игру в нашу зону, активно «садились» на наших защитников, хорошо боролись в углах, бросали при первой возможности, много добивали. Каких-то особых розыгрышей и комбинаций они не использовали. Где-то, конечно, мы не дорабатывали, где-то им везло больше.



– А то, что проиграли первые две встречи, повлияло психологически?

– Может просто не все сразу осознали, что это финал, и здесь цена любой ошибки очень высока. Конечно, надо было брать одну игру на выезде, тогда счёт бы был 1-1, и всё начиналось бы сначала, только дома... Потом команда собралась, вернулась в серию, но чуть-чуть не хватило. 

Всегда стараюсь проводить «чистые» силовые приемы

– Во время прошлогоднего плей-офф, да и по ходу нынешнего регулярного чемпионата тебя частенько удаляли за, казалось бы, чисто проведённый силовой приём. В чём тут дело? Ты не интересовался у арбитров?

 – Для меня это тоже загадка. Бывают ситуации, когда можно сыграть в тело так, что игрок со льда не может подняться. При этом не используя локти, и не отрывая ног перед «хитом», что и происходит, когда я иду в силовую. Правил, вроде, не нарушал, а удаление следует. Подъезжаешь, спрашиваешь, а тебе говорят – грязно сыграл. Не всегда понимаю судейские решения, особенно, когда они говорят, что я, мол, локоть выставил, или ноги оторвал. Никогда так не играл, всегда стараюсь выполнить «хит» чисто.

– В одной из встреч против «Бостона» ты провёл великолепный силовой приём против Милана Лучича, поймав того на встречном движении. Тебе выписали две минуты, а игроки «Бостона» (особенно Здено Хара) пытались накинуться на тебя, давая понять, что так играть нельзя. Но мнение комментаторов было однозначно – это был чистейший силовой приём, просто Лучич не смотрел в твою сторону…

– Да, помню этот момент: он выезжал из-за ворот, закладывая вираж, и пытался отпасовать шайбу назад, не смотря перед собой. Тут я его и встретил, чисто в тело, а увидел он меня уже в последний момент. Они («Бостон») хотели подраться, налетели чуть ли не всей пятёркой. Но это НХЛ, здесь нельзя долго думать. Чуть замечтаешься – уже валяешься. 

– И, напоследок, давай поговорим о Сергее. Скучаешь по брату? – Естественно, мы поддерживаем общение вне льда. Но, конечно, с удовольствием вспоминаю то время, когда играли вместе в «Монреале». Сейчас наши пути разошлись, но у нас такого никогда не было, что мы обязаны играть только в одной команде.

hctraktor.org