Экс-капитан «Витебска» Алексей Страхов сам инициировал обращение в СМИ по поводу ситуации в клубе. Многоопытный Страх (как его часто называют бывшие одноклубники), за свою долгую карьеру успел поиграть во многих местах – от Хабаровска до Донецка, и даже защищал цвета национальной сборной Беларуси. Уроженец Харькова, непривыкший юлить и лицемерить, встретился с нашим корреспондентом Игорем Попеней и рассказал про нерадужную ситуацию в ХК «Витебск», в котором Страхов оказался на закате своей игровой карьеры. 

- Хотелось бы озвучить проблемы, потому что всё накипело в душе, особенно в последнюю неделю. Просто люди некомпетентные, неадекватные в руководстве клуба. Я не про всех говорю, но есть люди, которые ничего не понимают в хоккее. Я говорю и про заместителя губернатора, и про Захаревича. Спортом в области руководят волейболисты, которые доигрались до молодежной сборной страны, при этом они клялись, что отдадут деньги, но не сделали этого. В Витебске любят хоккей, это очевидно, а руководство не делает то, что следует, можно сказать, ставит палки в колеса. Оно некомпетентно вообще. Все понимают, что такое ХК «Витебск», от него никто многого не ждет: нет ленты, нет в достаточном количестве клюшек, но как-то выкручивались, привыкли, не требовали ничего сверхъестественного, все понимали, с каким клубом подписываем контракт, все туда приходят от безысходности. Но когда собирается нормальная дружина, коллектив единомышленников, и выполняет задачу, поставленную перед клубом, практически бесплатно отдаваясь на льду, я считаю некомпетенцией руководства, что оно даже не зайдет в раздевалку и не скажет спасибо. Хотя этот сезон был непростой, умер человек, который делал многое для витебского хоккея – Владимир Базеко, уважаемый человек в городе, который пытался команду из долгов вывести. К нему можно было хотя бы прийти и поговорить, он всегда сглаживал обстоятельства, мог и нас покритиковать, но была вера в него. Не вовремя он ушел… Царство ему Небесное и за всё спасибо, Владимир Васильевич. Для Витебска и хоккея он многое делал.

- Проблемы начались после смерти Владимира Базеко?

- Проблемы были и при нем, но мы ему верили почему-то. Месяц могла быть задержка по зарплате, два, но всегда была надежда. И всегда в итоге мы деньги получали, как Владимир Васильевич и обещал.

Насчет премий, все договоренности были на словах. Обидно, за полтора сезона выступления в «Витебске» я получил в сумме 2,5 млн. премиальных. И сейчас дали миллион за победу то ли над «Лидой», то ли над «Неманом», не помню. И то, это были деньги, предварительно срезанные за невыполнение задачи, например, когда проиграли «Могилеву». Мы тогда сдержали удар, когда с нас сняли деньги, хотя выходишь на лед, руки опущены, настроения нет. Получается, за «Могилев» удержали деньги, а потом их же за какую-то победу отдали, вот и премиальные. А так, чтобы хоккеист мог победами заработать за сезон, такого нет. Мы с Евгением Курилиным и Ильей Бусилко ездили в управление спорта и туризма облисполкома к Василию Захаревичу и объясняли ситуацию, мол, так и так, задержки денег постоянные

Еще в «Витебске» такая особенность: чтобы получить первую зарплату, нужно отыграть два месяца. Например, ты подписываешь контракт с 1 июля, а зарплату получаешь 25 августа. Может быть… Контракты от 5 до 10-12 миллионов, может у кого-то больше, я не знаю, но представьте, нужно отработать два месяца, чтобы получить условно 300 долларов – 5 миллионов, и то неизвестно, получишь ли ты их. Да, в начале сезона как-то легче было, может спонсоры давали деньги, но теперь даже эти деньги не могут выплатить вовремя. Это просто издевательство над хоккеистами, когда ты звонишь ребятам по всей лиге, и все тебе помогают, но это унизительно для уважающего себя спортсмена. Мало того, что все клубы помогают лентами, лезвиями, клюшками, обменами, так еще и нужно просить помощь у друзей-хоккеистов. Это издевательство, когда у тебя клюшка для правого хвата, а тебе приходится играть с левым. Мы знали, где будем играть, но не до такой же степени.

- А что прописано в контракте?

- В нем пишется твоя сумма зарплаты и всё. А премия – на словах. За это и цепляются: у вас, мол, премии в контракте и не указаны. Хотя перед сезоном мне лично заместитель губернатора Владимир Терентьев говорил: спасибо, Алексей, что остался. Да, и руководству спасибо, что мне на закате карьеры дали возможность поиграть в команде. Но когда руководители перед сезоном говорят спасибо, а после сезона не хотят тебя видеть… Скажите честно: мы не можем вам выплатить деньги за март и апрель, и все всё бы поняли. А так идут звонки, все друг друга спрашивают – начислят-не начислят. Периодически поступают на карточку бюджетные деньги – то 300 тысяч, то 500, то полтора миллиона, но всё непредсказуемо, там и бухгалтер постоянно меняется. Да, ушел из жизни Базеко, но кто-то же должен был на себя взять ответственность за клуб! Взять, например, Юру Ильина. Ему пришлось продать машину, чтобы рассчитаться с долгами. Где справедливость? Ребята не могут оплатить съемные квартиры, это что вообще?! Если бы мы постоянно получали деньги каждый месяц, мы бы вовремя закрывали все вопросы. Семьи сидят голодные дома, а ты вроде и работаешь, а понимаешь, что долги растут как снежный ком. Всем это всё надоело! Для чего тогда эти команды всем? Я понимаю, что игроки в «Витебске» несильные собрались, знаем свой уровень, но пацаны ложились под шайбу и делали свою работу перед глазами болельщиков. Спасибо, кстати, всем витебским болельщикам, помогали нам, как могли, и машины чинили бесплатно, на любой вопрос отзываются! Люди там любят хоккей, вот что интересно! Но в клубе надо всё урегулировать.

- Даже болельщики вам помогали?

- Да все чем могли, помогали, и во дворце – лишняя вторая порция еды и всё, что хочешь. Люди отзываются на твои проблемы, потому что понимают, что ты ходишь без денег. Люди в Витебске очень отзывчивые, они любят хоккей, за что им огромное спасибо! Мы, игроки, искренне сделали свое дело, от  нас требовали попасть в восьмерку. Всему дворцу спорта искреннее спасибо, каждому сотруднику и зрителю. У них во дворце тоже небольшие зарплаты по два миллиона, но мы видим, как они искренне за нас переживают, спрашивают каждый день, как у нас дела. А руководство… Поведение Терентьева и Захаревича для меня шок. Была у нас однажды забастовка, мы не вышли на тренировку. Поехали в облисполком нам убедительно сказали: в марте отдадим деньги. Долги накапливались, правда, наверное, не у всей команды, может кому-то и платят, ты же не спросишь у другого, какой у него контракт, может у него и на миллион контракт. Мы всё терпели-те в сумме за март и апрель! Это цирк! Может я давно не играл в Беларуси? Я привык. Что контракт на 10 месяцев, я нормально получал отпускные, премиальные. Здесь же постоянно ищут лазейки и способ не отдать деньги ребятам, которые искренне делали свою работу.

- При  подписании контракта премии обещали лишь на словах?

- Да, говорили, мол, выполните задачу, получите. Да Бог с ними, с премиями! Я понимаю, что тяжелая финансовая ситуация. Но приди искренне скажи, какая ситуация, а не обещай на словах за выигранный матч миллионы! А потом тренера не знают, как расписать полученную премию – кому-то 247 тысяч, а кому-то 2 миллиона. И это была одна премия за год.

- У нас была информация, что последние выплаты были в декабре.

- Не совсем так. Может кому-то и за декабрь должны, не знаю, а может кому-то и закрыли долги. Понимаете, начинаешь сбиваться, как начисляют деньги. Например, тебе должны за декабрь 4 миллиона, и все поступающие деньги ты вписываешь в этот долг, сам прикидываешь, за сколько месяцев тебе еще должны. Потому  у всех игроков по-разному. Сейчас только благодаря Богрунову Михаилу Викторовичу всё держится, спасибо ему, мне, может, как более возрастному и авторитетному с двумя детьми, хоть что-то выплачивают. А молодым игрокам говорят: иди к маме, пусть она тебя накормит! Что это за разговор с 20-летними пацанами? Долги растут как снежный ком. Ты получаешь деньги и сразу раздаешь долги, потому что нет зарплаты именно в положенные числа, и ты не можешь планировать расходы.

- Лично Вам сколько задолжал клуб?

- Не знаю, может миллионов двадцать восемь-тридцать. Кажется, иди в суд, неустойку получишь, но Михаил Викторович всё обещает, что со дня на день получим деньги. Но каждый день какая-то новая история. Скажите нам честно: нам рассчитывать на эти деньги или нет?!   

- А с российскими игроками рассчитались?

- Я не знаю, у каждого свой счет идет. Мы играем, тратим свое здоровье. Все понимали, куда мы идем. Но когда появляется коллектив единомышленников, и его не хотят сохранить, разбазаривают, ведь все хотят уйти, потому что тебя держат за идиота, становится обидно. 

- Уход Дмитрия Дудика тоже связан с финансовыми неурядицами?

- Не знаю, по этому вопросу я с ним не общался. Он пытался решать наши вопросы, но, думаю, с Дудиком рассчитались и он в стороне от проблем команды. Он тоже пытался нам обещать, мотивировать играть даже при финансовых трудностях, ходил к руководству. Опять же, Богрунов ситуацию сгладил. Но я даже жалею, что мы не довели эту ситуацию до конца. А так мы не вышли, нам снова обещанки, и мы пошли играть. К тому же выходишь перед болельщиками, начинаешь заводиться: а вдруг с этого момента у тебя всё пойдет и всё будет по-другому? Ведь играешь  прежде всего за свое имя и за свою семью детей.

Очень больно, когда к тебе приходят вроде люди в возрасте, которые вроде видели жизнь, и в глаза обманывают, руководству должно быть стыдно. Каждый раз меня спрашивают: «Кто ты?» Кто я? Мне свои достижения перечислять? Я защищал цвета национальной сборной, а он мне в ответ: я дослужился до молодежной сборной по волейболу! Так зачем мне тогда задавать вопросы, мол, кто я такой. Он видел жизнь?!

В «Витебске» 10 лет назад купили какой-то велотренажер, катамаран какой-то, и при этом хотят куда-то расти. Мне говорят: не нравится – уходи. В принципе, минимальные условия есть, занимайся в спортзале сколько угодно, тебе его всегда откроют, лишнюю порцию в столовой дают, но, извините, 21 век на дворе, хочется чего-то большего.

- Вы уже официально покинули клуб?

- Да, 30 апреля я уволился. Была какая-то грусть, прошелся по коридору и даже не понял, был ли я тут или не был. Руководство боялось встретиться со мной, сидели, как крысы у себя. После какой-то игры был инцидент: заместитель губернатора пришел к тренеру, а тот говорит, мол, идите ребятам скажите, какая ситуация в клубе, а тот: «Мне нечего им сказать». А ты приди, скажи честно: «Всё, ребята, денег нет, извините, играйте, как можете». И так ребята играют за свое будущее, год-два, что-то не идет, но вдруг тебя потом солидный клуб подпишет, есть масса примеров: Степанов, Левко, Дадонов… Но думаете, перспективным дают нормально уйти? Нет, компенсация. Хоккеист полностью незащищен, из него всё выжимают. Тот же Никита Ядроец, красавец, заиграл, парень за год мог заработать совсем другие деньги, но его не отпустили, мол, должен родному клубу помочь. Помог, да, но что он заработал? Только долги за год?

- У вас закончился контракт или вы его расторгли?

- Я его даже не смотрел, это филькина грамота, он все равно не защищен ничем! Это просто для отчета – что у тебя есть контракт. С тобой что хотят, то и делают: захотели – заплатили, захотели – нет. Я могу терпеть, но за эту неделю накипело всё!

- Почему именно в эту неделю?

- Да потому что по пятнадцать раз на день звонили друг другу, говорили, что деньги будут. Это просто невыносимо! И этих денег по сути уже нет, всё,  что получим, раздадим за долги. Хорошо, если у молодых ребят родители на плаву, могут помочь. Даже мне, взрослому человеку, родители иногда сотку давали… Зато задачи у руководства перед сезоном – чуть ли не чемпионские! Хотя в начале сезона даже форму подкупили, майки новые, шлемы – кому что надо, Владимир Васильевич  постарался.

- Что вы лично теперь намерены делать?

- Да ничего, дождусь этих денег, раздам долги. Буду искать себе команду, предложений пока нет. Годик еще могу поиграть. А так с работой тяжело, в «Евроопт» идти, что ли, разгружать?.. Хотелось бы еще остаться в хоккее, вся жизнь там, может стать тренером в детском хоккее или вторым-третьим тренером в клубе. Были такие разговоры и насчет «Витебска», но, видимо, кому-то перешел дорогу, ведь я не могу молчать, когда люди на «черное» говорят «белое».  В чем смысл витебского хоккея? Приехало 20-30 человек, им закупили форму, потратили деньги, потом, мол, не подошли, им не заплатили зарплату, уехали, приехали другие игроки, снова покупка формы и ненужная трата… Нет бы оставить костяк команды! Были разные тренеры, а что поменялось в команде? Только лишние фотографии на стенде повесили?

- В чем вы видите выход из ситуации?

- Просто люди должны быть честными и компетентными. И зарплата должна быть день в день. Пусть даже месяц задержки, но чтобы объясняли. А когда руководство боится зайти в раздевалку… Базеко приходил, к нему могли обратиться, он и сам сильно переживал за команду. А теперь два месяца были без директора, исполняющие обязанности даже не знали, для чего клюшки в хоккее и кто защищает цвета клуба! Для чего тогда ты берешься за эту работу? Теперь назначили директора, вышел инцидент: мне прихватило спину, иду хромающей походкой по дворцу, а мне: «Ты почему опаздываешь на собрание?!». А я на уколах, про собрание никто и не предупредил. Сделали вывод, что я дерзкий, какой-то не такой.

Ладно бы зарплаты были высокие, тогда задержка – не такая проблема. Но как на 5 миллионов прожить два месяца? А ведь ребята за свои деньги вкладывают в спорт, покупают спортивное питание, где-то клюшку получше, где-то коньки, я же вижу, кто действительно хочет играть и развиваться.

Да, сейчас команды и дворцы сами должны зарабатывать деньги. Но сейчас лето, лед растопили, стоянка менее востребована, откуда брать деньги? Я всё понимаю, но вы скажите прямо! Давайте заключать контракты на пять месяцев, зачем писать про десять месяцев, вы нас все равно обманете! А то начинаются переходы на 2/3 оклада в апреле-мае, долги…

- Вот если бы вам честно сказали: денег нет. Вам бы в самом деле стало бы проще просто от самого заявления?

- Просто бы никто на эти деньги не рассчитывал, может, кто-то раньше ушел бы из клуба и не так бы это всё раздражало. Ведь снимаешь квартиру, у кого-то кредиты, детей в школу собираешь… Самое обыденное, ведь не ходишь по дорогим магазинам. Все так живу, я понимаю, но хоккеист должен зарабатывать, потому что он каждую секунду на льду рискует своим здоровьем ради этой красоты – хоккея. Кто ему что даст, когда получит травму? Мало хоккейного кладбища? Вот Ядроец получил в конце сезона травму, а ведь был на ходу, мог съездить на просмотр в «Нефтехимик» или «Шахтер», а так потерял форму за месяц. Кто ему позвонил и сказал: возьми вот деньги на восстановление?.. А в начале сезона нам говорят: купите клубные костюмы. Мы составляем список, получаем костюмы, а у нас потом из зарплаты высчитывают стоимость их… Для чего эти костюмы, если на счету нет денег? Чтобы все видели, что я хоккеист? Хоккеист, который не может себя прокормить?

- Может глобальный выход в том, чтобы сократить количество команд на высшем уровне?

- Может быть. Если так люди мучаются, проще закрыть команду. Кто из перспективных витебских ребят готов вернуться в «Витебск»? Приезжают ведь от безысходности, я тоже пришел от безысходности. Да у меня есть имя, но это моя последняя станция. Но ведь в «Витебске» всё можно наладить, создать честность и порядочность.

- Но если денег реально нет?

- Тогда честно в этом признаться, закрыть команду мастеров и пустить финансы на детскую школу. Пусть лучше детям купить клюшки и коньки, а игроки из этой типа профессиональной команды будут добывать себе место в другом клубе. Это унизительно и неприятно чуть ли не у простого населения ходить и занимать деньги… Первая фраза у руководства: не нравится – уходи! Можно уйти, но зачем потом следующего человека обманывать?! Этого не могу понять. Приедет такой же, как и я. Оденут, обуют новую команду, сколько еще денег на это уйдет? Не проще ли сохранить костяк команды? А так подписали только нового тренера – Юрия Чуха, и всё. Сейчас в клубе Богрунов как громоотвод, у него телефон не умолкает… Мне действительно жаль этого человека, ему все постоянно звонят.  А остальные – неадекватны. Когда люди не могут прийти и сказать правду… Можно обмануть раз, два, три, но не каждый же день «завтраками» кормить!

Если брать минимально, в «Витебске» есть всё – уютная раздевалка, спортзал, весь ледовый дворец тебе идет на встречу. Если бы хоть эти минимальные деньги по контракту платили вовремя, обошлись бы и без премий, стерпели бы.

- Какой в «Витебске» средний контракт?

- Может миллионов семь. Я не могу за всех говорить, и, повторюсь, может кому-то и всё выплатили, но скажу за себя: мне должны порядка 30 миллионов, а уже июнь. И всем всё равно, уедем мы – приедут новые, которым деваться некуда. А людей, которые могут сказать прямо, не любят! А ведь много сил стоило создать команду, которая на пустом месте появилась в этом сезоне!

Я преклоняю голову перед этими ребятами, которые были со мной в бою и я был с ними. Я знаю, что это такое – работать без денег: руки опускаются, а дома сидит голодная жена с детьми. Идите, объясните ребенку, почему ты не можешь купить ему лишний банан или конфету. А на втором этаже трибуны сидят эти умники, которые видели жизнь, как они говорят. А я что, не видел? Да они даже фамилий не знают тех, кто за этот город играл. Это крик души!

Автор: Игорь Попеня, Belarushockey.com