Воспитанник липецкого хоккея Георгий Рязанцев после долгих лет выступления в белорусских клубах вернулся в родной город и дебютировал в составе ХК «Липецк».

«Мне поступило предложение, от которого я не мог отказаться, потому что хотел вернуться домой и поиграть в России. К тому же я знал о высоких задачах, стоящих перед ХК «Липецк» — завоевание золотых медалей РХЛ. Считаю, это шаг вперёд в моей карьере.

В последнее время в Беларуси пошло разделение: три-четыре клуба очень сильные как по подбору игроков, так и по финансированию, остальные — заметно слабее. Мне сложно сравнить ОЧБ и РХЛ, потому что здесь я выступаю не так давно, но разница определённо есть.

Если сопоставить стили «Могилёва» и ХК «Липецк», то в Липецке собраны четыре равных пятёрки очень приличного уровня, играющие в техничный и атакующий хоккей. В Могилёве тоже неплохие ребята, но стиль игры немного отличается — не такой искромётный, как здесь. У «Могилёва» сейчас переходный период, в команде семьдесят процентов новичков. Этот клуб — один из старейших в экстралиге, с большими традициями и историей. Уверен, что скоро у него дела пойдут на лад.

Вообще в Липецке я не был несколько лет. После смерти родителей приезжаю в Липецк максимум на один-два дня, а живу в Беларуси. Здесь исключительно хоккейные причины. В минском «Керамине» мне предложили подписать долгосрочный контракт на хороших условиях, но при этом я должен был сменить российское гражданство на белорусское. Клуб находился на ведущих ролях в чемпионате, да и я там раскрылся довольно быстро.

Смена гражданства была необходима из-за лимита на легионеров. Я тогда был совсем молодым и ещё не мог на равных конкурировать с игроками, приезжавшими из российской суперлиги. Благодаря смене гражданства стало проще пробиваться в состав и прогрессировать. Так постепенно и стали привлекать к выступлениям за белорусскую сборную. Но на чемпионат мира я так и не попал.

Затем попал в ХК «Витебск». Туда меня отдали в аренду из «Керамина». В Витебске подобрался боеспособный коллектив, и в итоге мы заняли четвёртое место — это наивысший результат в истории клуба. Кстати, в той команде мы играли вместе с нынешним тренером ХК «Липецк» Кириллом Двуреченским. «Витебск» тогда не прошёл в финал, а пробившийся в эту стадию «Керамин» тут же вернул меня в свои ряды.

Перед следующим сезоном в Минске возродилось «Динамо», куда меня и пригласили. Было интересно поиграть в КХЛ, посмотреть на мировых звёзд, посоперничать с ними, прочувствовать всё изнутри. Что интересно, и там я играл вместе с земляком — с Максимом Балмочных. Единственное, что омрачило сезон — травма, которую получил осенью. Восстановился лишь к концу чемпионата. Из «Динамо» я перешёл в «Шахтёр» из Солигорска — фарм-клуб минчан. Отыграл в нём ещё пару сезонов и стал серебряным призёром экстралиги.

Сейчас главное — помочь ХК «Липецк» достичь поставленной цели. Других мыслей не возникает. А если с осени ХК «Липецк» будет выступать в ВХЛ и сделает мне новое предложение, то будет очень здорово!

В Липецке многое двигается вперёд и развивается. Появились новые здания, кинотеатры, торговые центры. Единственное, маловато спортивных объектов. Я вижу, что многие липчане с удовольствием занимаются спортом, организуют команды, выступают в любительской хоккейной лиге. Если у горожан растёт интерес к спорту, то и новые стадионы, думаю, не за горами.

Откуда у меня появилась прозвище Тревожный? Это очень давняя история. Когда приехал играть в «Керамин», один парень пошутил по одному поводу, другой неправильно понял и переиначил по-своему. В Беларуси почти все игроки друг друга знают, а потому передают по «сарафанному радио» разного рода информацию о хоккеистах. В общем, делали на льду какое-то упражнение, я бежал вдоль борта, а кто-то из партнёров по команде вспомнил один из фильмов, где употреблялось выражение «тревожный кабанчик», и выпалил в мой адрес. Другой услышал, недопонял, но рассказал ребятам из других команд, в итоге так и приклеилось — Тревожный.

С другой стороны, я по натуре человек восприимчивый, и когда переходил в другие команды, поначалу немного волновался (для меня вообще любые изменения сложны), а мне все говорили: «Тревожный, да не тревожься!» (улыбается). А кабанчиком меня прозвал ещё в Ярославле Тимерлан Акаев. В итоге получилось так, что в России я остался Кабанчиком, а в Беларуси — Тревожным.

С Беларусью меня связывают не только хоккей и прозвище, но и личная жизнь — там я встретил свою супругу Валерию, которая до нашего знакомства была далека от хоккея. Она руководит фирмой, занимающейся грузоперевозками, но, несмотря на это, регулярно следует за мной в другие города. Вот и в Липецк недавно приехала — живём теперь снова вместе», - цитирует игрока «Липецкая газета».