Экс-наставник национальной сборной Беларуси Владимир Крикунов прокомментировал вылет минского «Динамо» из Кубка Гагарина, порассуждал о современных хоккеистах, вспомнил Олимпиаду-2002, а также порассуждал о международной обстановке и уходе Люка Тардифа с поста президента ИИХФ.
— Минское «Динамо» покинуло розыгрыш Кубка Гагарина, уступив «Ак Барсу». Неожиданный результат?
— Честно сказать, не думал, что счет в серии будет 0:4. Хотя говорил, что «Ак Барс» — команда, которая каждый год играет в плей-офф, и постоянно борется до последнего. Задача одна у этой команды — первое место. Но все равно не ожидал, что Минск так оступится со счетом 0:4. Чего-то, значит, где-то не хватило. Но Минск все-таки всухую прошел первый раунд. И, скажем так, весь сезон команда показывала довольно добротный хоккей. Поэтому для меня результат совсем неожиданный.
— На Ваш взгляд, в чем причина вылета «зубров»? Игроки, характер, тренер, что-то еще?
— Думаю, тут сложно сказать. Дима Квартальнов — максималист. Если говорить о тренере, он целый сезон боролся. Не думаю, что проблема в тренере. Думаю, что минчанам не хватило опыта игры в плей-офф. Можно сказать, что Минск на правильном пути, набирает обороты, команда от года к году становится сильнее с Квартальновым. Как будет без него — вопрос. По крайней мере, сейчас происходит так. Почему случилась такая осечка, и как так сильно добавил «Ак Барс» — вот вопросы.
— Как Вы думаете, как может сложиться будущее для «Динамо»? Многие игроки могут покинуть команду, как и главный тренер.
— Тут ничего страшного нет. Такая ротация сейчас во всех командах. Из чемпионского Ярославля ушел Никитин, а команда все равно в порядке. Это реалии современной жизни.
Тренер в Минске три года отработал. Я думаю, что это достаточный срок. Ничего страшного нет. Квартальнов начал хорошую тенденцию в плане того, что он привлекал местных ребят. Им надо давать играть, доверять, тогда они будут быстро добавлять и будут здорово играть. И тогда не надо будет брать по двенадцать легионеров. И сборная будет совсем другой.
Так, как делали в Латвии, в рижском «Динамо». Они брали пять легионеров. Хотя тоже могли взять неограниченное количество. Как набрали больше, так и на последнее место улетели. В Минске, конечно, такого не было, Дима держал всех в руках.
Думаю, все равно надо как-то привлекать молодежь, просматривать. Есть свой чемпионат. Поймите, в любом случае там появляются хорошие игроки. Даже если их там не тренируют, все равно найдется кто-нибудь талантливый. Представьте, что из каждой команды в Беларуси Минск пригласит по одному хоккеисту, это уже полсостава. Вся вертикаль в Беларуси выстроена. Теперь только надо использовать ее правильно.
— Если рассуждать о будущем тренере, это должен быть белорусский специалист, который знает своих ребят, или, может быть, тренер-иностранец?
— Думаю, это должен быть хороший тренер, рабочий такой. А будет ли он белорус, канадец, россиянин — это уже дело десятое. Одно могу сказать: возьмете канадца — он не будет работать с молодыми. Однозначно.
— А если ему условия поставить? Все равно не будет?
— Какие условия? Он их будет держать около команды, может быть, и все. Должен быть тренер, который бы хотел, чтобы играли свои ребята. Рано или поздно все равно разрешат участвовать в чемпионатах мира, а для этого нужна сборная. Понимаете? А для этого нужно белорусам играть. Надо уже сейчас об этом думать. А то разрешат, а на чемпионат мира ехать некому. Поэтому про это не надо забывать.
— Вы говорили, что хотели бы продолжить работу в КХЛ, например, в качестве тренера-консультанта. Могли бы занять эту должность в минском «Динамо»?
— Конечно, мог бы, почему нет? Это не проблема. Просто нужно понимать эту работу. Знаете, когда я брал Андриевского, Занковца, Расолько, всех этих ребят, 68–69-го года, их было 12 человек. Мы с ними занимались по пять часов в день на льду, не знаю, помнят они или нет. Понимаете? Потому что они были хорошими игроками. Они были победителями Спартакиады народов СССР, там играли с Владимиром Михайловичем Сафоновым. А что такое Спартакиада народов СССР? Это сборная Москвы, где играют ребята из «Спартака», «Динамо», ЦСКА, «Крыльев Советов», команды из областей, Челябинск, Урал, Казахстан.
Ладно, дело не в этом. Это интересная работа. Те ребята все равно отставали от остальных. Отсюда у меня и появились эти баллоны. Думал, как же так сделать, чтобы они были тоже такими мощными. Часовая зарядка на льду, баллоны, вечером еще тренировка. Правда, к концу недели начинались уже проблемы, у ребят и голова болела, и все остальные. Доктор мне говорил: «Василич, давай, заканчиваем». Мы тогда давали им два выходных, и с понедельника снова.
И все, их подтянули за год. Через год с ними вышли в высшую лигу и остались там. Понимаете? Там работать надо. Поэтому надо знать эту работу, заниматься ей. Все равно эти пацаны добавят, потому что они молодые, они будут только расти. Им нужно доверять.
— Как Вы оцениваете нынешнее поколение хоккеистов? Спортсмены сегодня изменились?
— Думаю, сегодня ребята другие. Сейчас хоккей стал быстрее, сама игра также. Хотя индивидуальные скоростные качества в те времена были выше. Поэтому ребята стали сегодня немного другими. Но с ними так же приходится разговаривать, как и раньше. Просто сейчас у тренера нет никаких рычагов. Раньше-то вся власть была у тренера. А сейчас-то что? Сейчас тренер, даже не знаю, как назвать, говорящая голова что ли. Можешь не поставить хоккеиста на игру, но потом непонятно, как он к этому отнесется.
— Как относитесь к тому, что сегодня очень много внимания к хоккеистам со стороны СМИ, много участия в социальных сетях. Это не отвлекает спортсменов?
— Жизнь меняется, бытие определяет сознание, куда деваться от этого. Сейчас такова жизнь, игроки же не могут изолироваться от этого. Естественно, все это проходит через них, другой вопрос, кто и как это воспринимает.
— Не могу не спросить про Олимпиаду-2002. Степан Хачатрян рассказывал, что перед турниром сборная жила в Минске по североамериканскому времени. Так ли это?
— Мы знали, что перед Олимпиадой есть время на адаптацию, когда ты живешь в Олимпийской деревне. Но я все равно попросил руководителя Федерации хоккея Наумова сделать нам гостиницу, лед, потому что мы будем тренироваться в ночное время. Владимир Владимирович это решил. Понятно, что многое Степа уже решал на месте, например, чтобы кухня работала.
Первая тренировка была в 12 часов ночи, вторая в 6 часов утра. Надо было, чтобы ребята и поели в это время. Днем мы спали. Когда прилетели в США, у нас адаптации уже не было. Мы были готовы. А дальше сами знаете, что происходило. Эта возможность тренироваться здорово нам помогла, а Степа осуществил это уже на месте.
— Вы помните, что произошло в тот момент, когда Владимир Копать забросил шайбу в ворота шведов?
— Знаете, никто не помнит того момента, что первый гол мы забили, играя втроем. Олег Романов бросил от синей линии после вбрасывания, и шайба зашла в ворота. Шведы такими спокойными были, думали, что забьют все равно много. Ну и пошло дальше. Когда Копать забросил, нам воздалось за всю игру, когда мы постоянно боролись.
— Кстати, из той команды почти все работают тренерами. И Копать, и Андриевский, и Ковалев, и Мезин. Может быть, это и Ваша заслуга в какой-то степени?
— Думаю, что нет. Это заслуга того, что были в хоккее тех времен. Скажу вам так, что 90% игроков остаются в хоккее. Они не знают другой жизни. Им всем говорю, ребята, всю вашу жизнь могу вам сразу рассказать. Когда разговаривал с ними, говорил всегда: «Вы никуда не уйдете». Можете попробовать себя в бизнесе, где-то еще, но обратно вернетесь в хоккей. Потому что другой жизни не знаете, ничего не умеете. Буквально десять процентов ребят отходят от хоккея. Все остаются.
— Что творилось в раздевалке сборной Беларуси после той победы?
— Я бы не сказал, что что-то невероятное творилось. Сначала все вместе порадовались. Потом пришел Рене Фазель, поздравил ребят. Потом подошел к нам, спросил: «У вас есть выпить?». Говорим, что есть. Налили, выпили с ним по рюмке. Он сказал, что мы сделали большое дело. Перед Олимпиадой сборная Швеции обыграла канадцев со счетом 5:2, и все думали, что она возьмет золото. Но случилось по-другому.
— Эта победа запустила определенный хоккейный бум в Беларуси.
— Наверное, так и есть. На той Олимпиаде не очень хорошо выступали остальные сборные, мы немножко подняли общий уровень турнира.
— Как вам работалось с Президентом Беларуси Александром Лукашенко? Он следил за матчами команды? Общался с Вами лично?
— Он всегда погружен. Президент смотрит все игры, даже если его нет на матче. Мы с ним не общались перед турниром. Я работал в России тогда, приехал буквально перед турниром. Иван Кривоносов остался работать с командой, а я отправился в сборную.
— На заре карьеры под Вашим руководством работал молодой Александр Овечкин. Тогда Вы могли себе представить, что он добьется таких невероятных результатов в своей карьере?
— Было ясно, что он будет играть в НХЛ, будет неординарным игроком. Но откуда могли знать, что все так сложится.
— Как Вы считаете, Овечкину нужно остаться в НХЛ или пора уехать из «Вашингтона»?
— Не знаю. Думаю, он уже всем все доказал, что ему еще доказывать? Остался еще один рекорд, но сколько их там? Может быть, останется на год, побьет этот рекорд. В принципе, возраст тоже берет свое. Не знаю. Он звезда. И нужно уходить вовремя в ранге звезды.
— Что думаете о новостях с международной арены?
— Люк Тардиф уходит с поста президента. Видимо, там столько политики, что он решил все бросить и уйти. Давно президенты ИИХФ не уходили сами так быстро. Видимо, так его замучили уже этой политикой. Он пришел хоккей развивать с новыми идеями, а ему все по рукам бьют и бьют. Он, видно, сказал, что хватит.
— Считаете, что все слова Тардифа — позиция организации, а он ее заложник?
— 100%. Я даже не сомневаюсь. Поэтому он и уходит. Наверное, Тардиф оказался порядочным человеком, который не может работать с этими идиотами.
— Недавно пришла новость о том, что у Вас забрали вид на жительство в Латвии.
— Я сейчас там, звоню вам из Латвии. Да, у меня забрали вид на жительство. Но ездить-то можно. Я поставил шенгенскую визу и отправился туда, — цитирует Владимира Крикунова sport5.by.
