В подкасте «СЭ Хоккейный» экс-скаут «Сан-Хосе» Игорь Еронко, а также журналисты Михаил Зислис и Алексей Шевченко обсудили карьеру 38-летнего российского нападающего минского «Динамо» Вадима Шипачёва и его достижение отметки в 1000 очков в КХЛ.
— Для меня, вот мы всё время говорили, я и писал об этом, и считаю, что мы какой-то момент не замечали. Все думали: Шипачёв — талант, ему всё даётся. Но я помню, как он был субтильным в «Северстали», где в него особо не верили. Его отправляли в Белгород, при этом его не брали ни в какие сборы — он только ездил на просмотры. И это при том, что 1987 год был неплохим, но нельзя сказать, что оттуда вышло много звёзд, — сказал Михаил Зислис.
— Для меня вся его история — это история преодоления. Над ним шутили: балерины, фигуристы. Но он доехал до НХЛ. Да, там своя история, но он забил гол, отметился, и мы все тот матч смотрели. Он стал лучше как человек, повзрослел. И то, что он в таком возрасте показывал стабильный хоккей в разных клубах и при разных тренерах, говорит о его силе. Это не просто талант, которому всё дано. Это человек, который преодолевает трудности, — добавил Зислис.
— У него нет выдающихся физических данных, он не сумасшедший конькобежец и не силовой игрок. Но за счёт головы он вылез. Это пример для других, как можно меняться и в человеческом, и в игровом плане на протяжении всей карьеры. Для меня это, безусловно, легенда. Я очень рад за Вадима и рад за то, каким он стал, — отметил журналист.
Игорь Еронко, в свою очередь, выделил роль Шипачёва в нынешнем «Динамо».
— Он нашёл свою нишу в Минске. Редко бывает, чтобы ветеран понял, что от него требуется, спокойно с этим согласился и работал в конкретном направлении. Он подсказывает молодым ребятам, поддерживает их, объясняет, как действовать в тех или иных эпизодах, как он сам преодолевал трудности. Так он работал с Морозом, с Пинчуком. Это показатель того, что он прекрасно осознаёт себя и свои нынешние возможности. Его всегда характеризовал высокий игровой интеллект, — сказал Еронко.
Алексей Шевченко отметил изменения в поведении Шипачёва вне льда.
— Это началось в Кёльне на чемпионате мира 2017 года. Тогда он начал общаться с журналистами. До этого, до отъезда в «Вегас», он был очень резким. Я хорошо помню этот момент: в Кёльне он вдруг начал останавливаться, разговаривать, шутить. Что-то с ним тогда произошло, — сказал Шевченко.
— Когда он был на московском чемпионате мира, он вёл себя не очень — огрызался. А потом стало понятно, что это не разовое решение. Это изменение отношения к жизни и к профессии, — добавил Михаил Зислис.
— Он наконец осознал, что является не просто хоккеистом, а послом хоккея. По сути, это российский Овечкин по масштабу фигуры. И очень плохо, что Овечкина знает любой, а Шипачёв может пройти — и его не узнают. Это серьёзная проблема, которой, по-хорошему, должна заниматься КХЛ, — резюмировал Шевченко.
