Спортивный директор ФХБ Владимир Бережков рассказал о суперсерии между минским «Динамо» и «Юностью».

«Для меня это была диковина. Я так назвал серию, потому что другого слова не мог подобрать. В ней [в суперсерии] было очень много как положительного, так и отрицательного. Но, опять же, если руководствоваться принципами справедливости, то мы опять приходим к тому, что ее нет нигде. Андрей Михайлович Сидоренко своими последними бойцами, третьим и четвертым звеньями «Динамо, сражался с первыми звеньями экстралиги. Для меня совершенно было очевидно, что они одинаковы. Но те, кто предполагал, что против сборной экстралиги выйдут легионеры, – это были наивные люди. Для меня не было никаких иллюзий, что никто, даже самый здоровый легионер, ни Пулккинен, ни Уиркош не будут играть. У них контракты закончились. И сказать им, мол, ребята, вы должны выйти и еще пропахать… Они скажут: «А где это написано?» Нужно знать природу этих людей. Это не те ребята, которых можно заставить. С моей точки зрения, это был практически не решаемый вопрос.

Негативом вижу то, что мы нарушили календарь. Мы готовились к плей-офф [экстралиги], все было расписано, а мы взяли и сломали, потому что захотели еще что-то проверить. Проверить то, что было всем очевидно. Каким-то образом мы могли даже принизить главного тренера сборной, он мог бы получить негатив и так далее.

Позитивом для меня стало то, как отреагировало сообщество на суперсерию. К ней было повышенное внимание. Какого оно было характера и окраса, это уже другое. Во всяком случае, на сайте федерации были зафиксированы абсолютные рекорды посещаемости, которые превышали предыдущие рейтинги в два раза. Точно такая же ситуация была в социальных сетях. И тот всплеск интереса к хоккею, который произошел на трибунах, на телевидении – это позитив. Кстати, на этой основе мы сделали таким сейчас финал Кубка Салея. Он пройдет в одном городе, скорее всего, в Орше, и мы туда отправили «Юность» и минское «Динамо». В финальной пульке они по-любому сыграют.

Честно говоря, я думал, что сборная клубов одержит победу, потому что она была объективно сильнее. И готова лучше, и, во всяком случае, там было четыре звена, а у «Динамо», по-моему, не было и трех. А те легионеры, которые согласились участвовать, то лучше бы их не было. Так, как играл Хауден… Это был свой игрок в чужой команде.

Мотив? То, что Захаров хотел въехать и решить какие-то свои задачи, – это очевидно для всех. Кто с этим спорит? Я предполагаю, что в случае убедительной победы, которая вполне допускалась, Захаров легко мог стать тренером «Динамо».

В последнее время думаю, и не только я, что этого хотели бы очень многие. Ну, дайте же наконец ему «Динамо». С этим клубом уже столько бед произошло, что хуже не будет. Другое дело, что он туда не пойдет.

Мне кажется, он сам не знает, чего хочет. Беда Михал Михалыча в том, что у него нет осознанной цели. Захаров не знает, чего хочет добиться. Даже при нынешнем результате, если бы он приложил еще какие-то усилия, сделал еще какие-то шаги с присущей ему энергетикой, он бы этого добился. Я там со свечкой не стоял, не знаю, какие процессы происходят, как генерируются эти решения. Очень далек от этого, но, как я ощущаю, если бы он хотел довести дело до конца, то он бы довел и стал бы тренером «Динамо», но не сделал этого по той причине, что испугался этого. Что возглавит это «Динамо». И дальше наступит ответственность.

Какие у меня отношения с Захаровым? А они периодически то такие, то сякие. В данный момент – никакие. Мы здороваемся, но больше не могу их оценить. Скажем так, рабочие.

Да, старые обиды забыты, и я на них вообще не обращаю внимание. И реагировать на них – это все равно, что реагировать на ветер. Ну, такой человек. Всему этому не придаю никакого значения. Раньше реагировал, даже было болезненно, но потом понял, что этому не нужно придавать никакого значения.

Безусловно, Захаров играет какую-то роль резонера, но чем больше он говорит, тем меньше веса в его словах. Они обесцениваются. Он забывает о том, что говорил, и сам себя опровергает все время. Сам враг самому себе. Потому то, что говорит в одну минуту, прямо противоречит сказанному в другую. В этом начинают разбираться даже те, кто не интересуется хоккеем. И если раньше это работало с точки зрения популизма, захватывало часть аудитории, то сейчас этой аудитории становится все меньше и меньше. Его целевая аудитория сужается, как шагреневая кожа. Потому что говорит очень и очень много. А чем больше говорит, тем меньше веса в его словах», - цитирует Бережкова Tribuna.com.


Вам нужно , чтобы вы могли комментировать