Белорусский наставник «Тыхи» Андрей Гусов рассказал о развитии хоккея в Польше.

«Условия, созданные для развития хоккея в Беларуси, а я имею в виду ледовые площадки, организацию питания, тренажерные залы, лучше, чем в Польше. Но уровень хоккея в Польше сейчас поднимается благодаря тому, что в каждой команде играет примерно по шесть легионеров. Причем добротных легионеров. В чемпионате выступают чехи, словаки, россияне, финны и, в конце концов, белорусы. И, мне показалось, что к середине, к концу чемпионата команды начали показывать приличный хоккей.

Когда я спросил у Глеба Клименко (экс-игрок «Немана» – Прим.): «Как ты смотришь на то, что здесь вообще происходит?», он красноречиво ответил: «Знаете, тренер, когда я уезжал из России в Беларусь, мне все говорили, что там ерунда – не уровень. Но, приехав в Беларусь, я был удивлен, что там хороший чемпионат. То же самое мне говорили, когда ехал в Польшу. Но здесь тоже сложно. И большой разницы между белорусским и польским хоккеем я не вижу». В Польше вообще хотят убрать лимит на легионеров. И если это произойдет, то уровень чемпионата еще больше вырастет.

Однако не скажу, что чемпионат там заоблачный. Но он ровный, игры даются тяжело. В лиге примерно 5-6 сопоставимых по уровню команд. Ну и коллективы, которые находятся в низу турнирной таблицы, мальчиками для битья не назову. Мы, к примеру, дважды в сезоне проиграли Гданьску, который в итоге занял восьмое место в регулярном чемпионате. Может быть, для нас это была самая неудобная команда.

Стоит отметить, что в Польше работает много хороших специалистов. Кулена я уже называл. «Краковию» лет 12 возглавляет чех Рудольф Рохачек, а «Автоматику» из Гданьска тренирует Андрей Ковалев. Так что, я вам скажу, уровень тренерских кадров здесь на достаточно высоком уровне.

Есть ли в Польше какие-то жесткие запреты по иностранцам и возрастной ценз, чего добивались в Беларуси? Думаю, возрастного ценза нет нигде в мире. Это нарушение прав человека. Почему после 28 нельзя работать по своей специальности? Это просто дико. Не знаю, кому это могло прийти в голову. Я высказывался на эту тему. Может, кто-то обиделся, был недоволен моими словами, но я, если нужно, могу их повторить еще раз. Что касается Польши, в местном чемпионате за команду обязаны играть два молодых игрока. Кроме того, польский вратарь за свой клуб должен провести 50 процентов матчей в сезоне.

Реформы в Беларуси? Искусственное никогда не пойдет на пользу. Я выступаю за свой сильный национальный чемпионат, за то, чтобы он был сильным и конкурентным. За примерами далеко ходить не надо. Сильные национальные лиги есть в Швейцарии, Германии, Финляндии, Швеции. Зачем велосипед придумывать? Все ведь придумали до нас. Но для этого в страну должны приезжать хорошие хоккеисты, а на условия, которые есть в нашей стране, их не пригласишь. Приветствовать все эти искусственные нововведения я не буду. Если человек в 40 лет и в раздевалке, и на льду выглядит лучше того, кому 20, почему он должен заканчивать и уступать дорогу молодым? Да и молодым ребятам вместе с ними есть куда стремиться. Они получат гораздо больше пользы, играя с мужиками, нежели с 20 ровесниками. И говорю не только о хоккее, но и о жизненном опыте. Парни увидят, как взрослые и порядочные мужики ведут себя в жизни, в быту. Это важный момент.

Я предлагал и другим ребятам поехать со мной в Польшу, но, к сожалению, многие отказались. А Казнадей – единственный парень, который после моего звонка сказал: «Да». Он был с нами с самого начала сезона и играл достаточно неплохо, агрессивно. Но у него случились проблемы со спиной, из-за которых Илья пропустил приличное количество матчей в регулярном чемпионате и в плей-офф. Желаю ему здоровья, и чтобы поскорее залечил свои болячки. К сожалению, чем игрок старше, тем он более подвержен травмам.

Что касается Глеба Клименко, руководство «Немана» не устроила его игра. Я с Сергеем Михайловичем Пушковым говорил на эту тему, и он отмечал, что Глеб в порядке, но что-то у него не идет. Ну, бывает такое, когда хоккеист очень старается, но не может забить. Он – легионер. И от него в «Немане», естественно, требовали шайб и передач. Приехав к нам, он очень помог команде и стал лучшим бомбардиром плей-офф. Мы им довольны. И, как я понимаю, руководство собирается продлить с ним контракт.

Как возник вариант с «Тыхы»? Мне позвонили из руководства «Тыхы» и пригласили возглавить клуб. Слава Богу, я неплохо говорю на польском со времен карьеры хоккеиста и ничего не забыл. Языковой барьер отсутствовал. Думаю, поляки обратили на меня внимание раньше. Когда я работал в «Шахтере», мы встречались с «Тыхы» на турнире в словацком Зволене. Кроме того, играли друг с другом в рамках Континентального кубка и в французском Руане, и в итальянском Реноне. На тот момент у меня не было никаких вариантов – я согласился.

Приехав сейчас, был приятно удивлен тем, что Польша сделала огромный шаг вперед. И об этом свидетельствуют все статистические данные. Страна на данный момент развивается быстрее всех в Евросоюзе.

Я просто вижу, что уровень жизни у них очень прилично поднялся. Глядя на зарплаты, пенсии, понимаю, что они впереди нас. Читая прессу, вижу, что экономика развивается лучше всех в ЕС. Мне сложно судить, что там произошло. Меня долго не было в стране. Но я вижу, что поляки ранние – в 5:30 на улицах движение, как в час пик. Они уже куда-то едут, они уже работают, чем-то занимаются. Я вижу и то, что там весь бизнес частный. И мое мнение таково, что в любом роде деятельности должен быть хозяин, который контролирует и переживает, болеет за то, чем занимается. Может, все связано именно с этим. Ведь с тем, что в Польше было в 1990-х, разница просто колоссальная. Но и тогда, и сейчас меня все устраивало. Прежде возникали лишь негативные вопросы с финансированием, но сейчас я их не увидел.

Ходит много рассказов о том, что поляки любили обвести в денежных вопросах белоруса вокруг пальца? Такое бывало. Некоторые функционеры пытались обманывать не только белорусов, но и всех подряд. Как это выглядело? Клуб, который изначально был на плаву, резко начинал не выплачивать зарплату, а потом объявлял о банкротстве. И по итогу ты не мог получить того, что честно заработал. Я встречаю ребят, с которыми когда-то играл в Польше. С ними тоже никто до сих пор не рассчитался. Но, повторюсь, все это для меня уже в прошлом. Сейчас я не увидел и близко того, что было раньше. Честно говоря, когда уезжал из Польши в Беларусь, думал, что уже никогда туда не вернусь. Но, видите, как судьба сложилась. Получилось, что в Польше я стал чемпионом и как игрок, и как тренер.

Как в Новом-Тарге относились к белорусским хлопцам? Хорошо. Там ведь играли простые местные, как вы говорите, хлопцы. Все-таки Новы-Тарг – небольшой горный городишко. Если ты там из себя представляешь что-то как игрок, то к тебе отношение будет хорошим и со стороны команды, и со стороны болельщиков, руководства. Но, если ты легионер, который не показывает того, что от тебя ожидают, естественно, будет немного негативное отношение.

Разговоры о «крэсах всходних», «польском» Гродно и так далее? Они до сих пор ходят. Поляки вспоминают эти моменты. С кем сейчас общался на эти темы? Есть мужики из администрации. Они постарше. Кому-то из их родственников на Гродненщине принадлежала земля. Мне рассказывали, что у бабушки или дедушки этот дом или кусок земли потом отобрали.

Кроме того, я сейчас проживаю в регионе Шленск (Силезия – Прим.). Это бывшая территория Германии, которую после войны разделили. Многие местные жители когда-то служили в Вермахте. И даже сейчас, подъезжая к городку типа Ополе, можно увидеть указатели и на польском, и на немецком языках. И у нас иногда возникала и полемика и жаркие споры по поводу истории, по поводу того, как все происходило. Русских там недолюбливают. Отталкиваясь от нынешней политической ситуации в мире, о России там можно услышать много неприятного. И мне даже приходилось рассказывать, что моя бабушка когда-то находилась в рабочем лагере в районе Вроцлава. Она до сих пор жива, и как-то рассказывала мне: «Деточка, знаешь, я пережила все – и голод, и холод, – но самое страшное – это война». Я озвучивал некоторым полякам определенные моменты из истории своей семьи, но каждый отстаивает свою точку зрения. У них свой взгляд на историю, у меня – свой. Но если говорить о взглядах, я думаю, что в каждой стране есть порядочные, солидные люди, однако везде есть и те, у кого нет стыда, совести и каких-то жизненных понятий. Так везде.

А что касается Подхале, там люди живут в своем маленьком мире, иногда съезжая с гор в Краков. Гурали – это немножко другой народ. У них даже немного другой польский язык – с акцентом. Все заняты своим каким-то делом. Они не особо говорили о политике тогда. Не говорят и сейчас.

Часто ли меня в Польше называют русским? Все мы для них советские – и россияне, и белорусы. А называют русскими. Постоянно слышу: «Русек, русек!».

Футбол в Европе раскручен лучше, чем хоккей. В него вкладывают больше средств. Так, наверное, и в Беларуси, и в России. Команда «Тыхы» играет в первой лиге чемпионата Польши. В городе недавно открыли шикарный футбольный стадион, а на открытие приезжал «Кельн». В прошлом году команда едва не вылетела во вторую лигу, но сейчас на домашние матчи приходит по 20 тысяч человек. Хоккей в Тыхах собирал полный ледовый дворец. На матчах плей-офф даже в проходах стояли. Собиралось по пять тысяч человек. Все поддерживают, поют песни. Болеют в Польше на хоккее лучше, нежели в Беларуси. Это я могу сказать с уверенностью. Болельщиков команды знают и за пределами Польши. Солигорские знают точно», - цитирует тренера tribuna.com.