Главный тренер солигорского «Шахтёра» Андрей Мезин подвёл итоги завершившегося сезона Betera-Экстралиги.
Специалист высказался о полуфинальной серии со «Славутичем» (2-4), рассказал о работе с тренерским штабом, доверии к игрокам, а также анонсировал серьёзные изменения в составе — команда обновится примерно на 50%.
— С последнего официального матча прошло уже достаточно времени. Как сейчас ваше настроение? Удалось уже отойти от неудачи в полуфинале?
— Это спорт. В принципе, я доволен командой: мы старались, бились. Да, результата в виде трофея или медалей нет, но мы показали характер.
— Что было самым сложным в принятии такого результата?
— Ситуация с переносом матча нас немножко подкосила. Во второй игре серии — первой в Смоленске — мы эмоционально были не готовы. Возможно, если бы всё шло, как и должно было, итог мог быть и другим.
— Если оценить серию со «Славутичем» чисто с игровой точки зрения.
— Мы немного меняли тактику по сравнению с матчами с «Гомелем». В полуфинале встретились, считаю, две равные команды. Обе быстрые. Ситуация со льдом на нас повлияла, я считаю. В моей практике такого не было. Но побеждает сильнейший.
— Следите за финальной серией?
— Конечно, смотрю. Но не как болельщик, а с профессиональной точки зрения.
— Вернёмся в начало сезона. Вы ведь с командой с самой первой тренировки — Павел Перепехин тогда ещё не приехал. С какими мыслями ехали в Солигорск? Чего ожидали от сезона, от хоккеистов? Прямо скажем, тогда именно тренерский штаб казался главными звёздами.
— Год перед этим был без работы, хотелось вернуться. Искал варианты. Когда назначили Павла Перепехина, созвонились. Он предложил присоединиться к тренерскому штабу. Я согласился, даже не раздумывая.
Ожидания? Честно, я не знал, чего ожидать. Знал, что будет молодая команда. Понятно, что лично я всегда хочу добиваться максимального результата. Но именно в момент прихода в «Шахтёр» больше думал непосредственно о том, как построить работу.
— Перепехин, Андриевский, Мезин — со стороны может показаться, что это три медведя в одной берлоге. Изнутри было видно, что у вас было хорошо налажено взаимодействие. Как этого удалось достичь?
— Во-первых, каждый знал свою зону ответственности. Перепехин был главным — он занимался общим руководством, а каждый из нас делал именно своё дело. Плюс, мы давно друг друга знаем. Степень доверия очень высокая, поэтому работать вместе было легко. Прекрасный тренерский штаб. Очень рад, что оказался в нём.
— Вдогонку вопрос и про доверие к молодым специалистам — Никите Силику и Ивану Домасевичу. Насколько понимаем, раньше вы знакомы не были.
— Да, знакомы не были. Их подбирал Павел Викторович. И сделал это удачно. Доверял парням и обучал. Считаю, что сейчас они выросли и перешли на другой уровень.
— После ухода Перепехина вам предложили возглавить команду. Знаем, что у вас были сомнения. Что помогло их преодолеть?
— Наверное, коллектив, который здесь собрался. Могло ведь пойти по-разному: я мог как «утопить» команду, так и поднять. Первое, что я пытался сделать — это сохранить тот уровень, на который мы вышли на тот момент.
— Понятно, что у главного тренера круг обязанностей шире. Было ли что-то такое, что вас удивило, когда вы осознали, что и об этом теперь тоже нужно заботиться вам?
— Пожалуй, нет. Я понимал, какая степень ответственности — ты ответственен практически за всё. Поэтому и были сомнения: справлюсь ли? Хотя в хоккее я не один год, знал, как и что работает. Но лично с такой ситуацией — быть главным тренером — я никогда до этого не сталкивался.
— Ещё вернёмся к штабу. Евгений Каштанов пришёл уже после ухода Андриевского, но ещё до того, как Перепехин покинул команду. А вот Леонида Гришукевича вам пришлось какое-то время подождать. И тогда вы выполняли функции и главного тренера, и параллельно занимались с вратарями. Насколько тяжело было совмещать? Насколько стало проще, когда Гришукевич пополнил тренерский штаб?
— Намного проще. Тем более, что я его хорошо знал — знал, что это очень хороший специалист. На тот момент я реально уже не справлялся — вратари где-то не получали того внимания, которое было необходимо.
— К концу регулярного чемпионата, когда у нас пошла та самая победная серия, если все были здоровы, состав было довольно просто предсказать. Осознанно шли к такому постоянству?
— Я доверяю всем игрокам, которые есть в этой команде. Хочу, чтобы все играли. Понятное дело, это невозможно. По ходу сезона планировали, что у нас будет два забивных звена и два звена, скажем так, оборонительного плана. Но получилось немного иначе. У нас в каждом звене опытный центральный нападающий, есть много молодёжи — и сложилось так, что все четыре звена были более-менее равными. И мы не видели смысла тасовать. Тем более, что у ребят появилась хорошая химия. И, как вы видели, каждое звено могло выигрывать матчи для нас. Поначалу проверяли ребят, смотрели, на что они способны, разговаривали с ними. В итоге пришли к такому варианту. Для меня это тоже новый опыт.
— Насколько для вас важна обратная связь от игроков?
— Думал о том, каким хочу быть тренером. Есть, грубо говоря, типаж «диктатор», есть — «демократ». Понимаю, что страх можно контролировать. Любовь ты контролировать не можешь: сегодня тебя любят, завтра тебя ненавидят. Но я всё-таки выбрал второй вариант. Да и диктаторство не в моём характере. Главное, что ребята хотят быть здесь — им нравится играть в такой хоккей. Думаю, если отклика от игроков нет, значит, ты что-то делаешь не так. Для меня важна обратная связь.
— За счёт чего всё-таки удалось совершить тот рывок — 14 побед подряд — и запрыгнуть на второе место в турнирной таблице?
— В регулярном чемпионате всё было очень «на тоненького» — кому-то из целой группы команд, которые шли практически вровень, пришлось бы пробиваться через плей-ин. Мы боролись за то, чтобы всё-таки попасть в шестёрку и выйти в плей-офф напрямую. И эта борьба, наверное, и вылилась в такую победную серию и выход со второго места.
— Самый тяжёлый отрезок регулярки, когда было четыре поражения подряд, наложился на травму Нестерова. Совпадение ли это?
— Это капитан команды, который её держит. Что касается именно тех матчей, то где-то были и мои огрехи: проверял сочетания и так далее. Но Герман — это вожак стаи, на нём многое держится. Думаю, будь он в составе, четырёх поражений подряд бы не было. Если так разобраться, у нас нет явного лидера с точки зрения набора очков — у всей команды примерно одинаковая статистика. Для меня это более важно, чем вырастить какого-то супербомбардира.
— Есть ли хоккеисты, которые удивили? Может быть, кто-то раскрылся в незнакомой роли или неожиданно для вас проявил качества — игровые или в том, что касается характера?
— Не хочу никого выделять. Могу кого-то забыть и ненароком как-то обидеть. Но я бы выделил коллектив — для меня это было самым важным. Мы старались сделать так, чтобы у нас был самый лучший коллектив. Надеюсь, у нас получилось. Разговаривая с ребятами, понимаю, что они получили удовольствие от игры в этом сезоне.
— Не слишком ли всё сладко и комфортно, когда все довольны и счастливы?
— Хоккей для нас — это работа. И все работали, выполняли установки — здесь никаких претензий. Лентяев в этой команде нет. Но это должна быть любимая работа. Когда ты получаешь удовольствие от своей работы, я считаю, что это самое лучшее, что может быть.
— К недавним тренировкам с основным составом привлекались сразу 12 человек из фарма. Идёт работа с прицелом уже на следующий сезон?
— Да, надо знать, кто у тебя на подходе. Плюс, сейчас из армии ребята вернутся, из аренд. Поэтому мысли уже и о следующем сезоне: кто будет здесь, кому ещё нужно будет поиграть в фарм-клубе. Команда создаётся, когда есть конкуренция. Это очень важно. Без конкуренции результата не будет. Кто-то, возможно, войдёт в зону комфорта, но нужно понимать, что для всех места нет. Ветеран будет бороться за своё место, чтобы молодёжь не «съела». Молодёжь же будет биться за свой шанс. Это спорт. Играют сильнейшие. И свой статус нужно подтверждать постоянно.
— Есть ли понимание, хотя бы примерное, каким будет состав? Потому что кто-то уходит в армию, кто-то, наверняка, будет востребован на рынке.
— Уже сейчас понятно, что команда поменяется примерно на 50%. В дальнейшем комплектовании многое будет зависеть от того, кто останется. Для себя мы тоже стараемся понять, чего или кого нам не хватило в уже завершившемся для нас сезоне. Много факторов будет влиять на то, какой мы увидим команду в будущем.
— Немного о быте. Как отвлекаетесь от хоккея? Возможно ли это?
— Если в течение сезона, то ты практически целыми днями на арене. И даже если не там, то мыслями всё равно возвращаешься или к прошедшим тренировкам, или к планированию следующих.
— Приближается отпуск. Возможно, там получится отключиться от работы.
— Скорее всего, съездим куда-то отдохнуть. Но, думаю, отпуск будет не совсем расслабленным. Будет идти комплектование команды, и мы постоянно будем на связи с руководством, с другими тренерами. Но я спокойно к этому отношусь. В этом есть определённый азарт, — цитирует тренера пресс-служба клуба.
