Мы встретились в тихом и уютном кафе, на следующий день после значимого для Андрея поединка (15 марта гомельчане одержали верх на «Металургсом 6:2»). В беседе согласилась принять участие очаровательная супруга юбиляра Ольга, поведавшая о нашем герое немало занимательных фактов.



Андрей, думал ли когда-нибудь о том, что покориться подобный рубеж?

Нет. Как-то особых мыслей по этому поводу у меня не было. Лишь в канун этой встречи, за неделю, наверное, как-то внутренне осознавал что вот- вот произойдет важное событие, и тут оказывается, что на носу 200-й матч. Просто все это время я следил за своими показателями в графе голы и передачи, а вот подсчет матчей как-то упустил.


Давай вспомним твой первый матч в форме «Гомеля», остались какие-то воспоминания о той встрече?

Конкретно о том матче воспоминания самые смутные. Помню, что в то время на спине у меня был №30, вместо ставшего родным нынешнего цифрового сочетания. Скорее помню тот сезон в целом, и воспоминания о нем у меня самые радужные. У нас был сплоченный коллектив в то время, была действительно крепкая команда. Каждый всегда, в любую минуту готов был подставить плечо, поверьте, это очень важно, особенно в таком виде спорта как хоккей. Когда вспоминаю те первых два сезона, то, откровенно говоря, слезы на глазах наворачиваются. Все было просто замечательно. Несмотря ни на какие обстоятельства, всегда держались вместе как на льду, так и за его пределами.

На твой взгляд, какие жизненные обстоятельства мешают коллективу сплотиться, что являет собой деструктивную силу?

Деньги. Большие деньги это зло. Из-за этого фактора, каждый в команде становиться, словно сам по себе. В контракте стоят большие суммы, и игрок, обязан выйти на лед и не ударить в грязь лицом. Поэтому и выходит, что каждый, друг перед другом старается не сильно раскрывать душу, ибо в любой момент, ситуация рискует измениться, и вчерашний герой, может остаться ни с чем. Деньги губят на глазах человеческие отношения между игроками, разрушают общечеловеческие ценности, и хоккеист для хоккеиста, прежде всего не человек и друг, а конкурент, и только потом идет все остальное.


Как считаешь, в какой мере хоккеист, как человек должен быть открытым своим партнерам по команде, где грань…

Андрей: Сложно сказать. Я в последнее время уже пересмотрел свое отношение к людям. И к сожалению не от лучшей жизни пришлось сделать этот шаг. Был момент, когда ты доверял человеку, считал его больше чем просто напарником и другом, а в итоге, выходило так, что, открывшись, ты получаешь плевок в свой адрес, и в трудную минуту от тебя все вдруг отворачиваются.

Ольга: конечно, неприятно было это все переживать. Когда человек в порядке, когда тебя ничего не беспокоит ни проблемы, ни заботы, у тебя есть достаток, ты становишься лучшим другом для всех. Но стоит чему пойти не так, как вдруг все резко меняется. У нас был очень непростой период в жизни, когда череда травм, и жизненных потрясений, окружили настолько, что казалось все, идет против нас. И в эту самую минуту, от нас отвернулись и наши друзья, и те люди, на которых мы рассчитывали.

Андрей: в такие сложные минуты для меня, звонили и поддерживали те люди, от которых я просто не ожидал этого, и конечно, я был очень тронут их словами поддержки, приятно было, что и сказать…



Фигура Андрея Андриевского стала поистине чем- то непоколебимым и знаковым в истории клуба. Какие мысли посещают , когда вспоминаешь те годы…

Андрей: …для меня этот человек является авторитетом. За все время, сколько я играю в хоккей, именно Андрея Андриевского считаю настоящим капитаном и вожаком. Этот тот человек, который даже в самую трудную минуту не рубил с плеча, а находил слова поддержки, пытался разобраться в причинах неудач, искал какие-то подходы к каждому индивидуально, это многого стоит.


Ольга: Андриевский обладал редким сейчас, увы, качеством, как отсутствие страха перед тренером, он не боялся донести до тренерского штаба точку зрения команды по какому бы то ни было вопросу, и именно это его прямота, многим не нравилась, но он был именно таким человеком.


Андрей: был у нас и неприятный момент, когда по инициативе наставника в команде состоялись перевыборы капитана. Альтернатива была в лице одного человека, однако даже те, кто был за альтернативную кандидатуру, отдали свои голоса в пользу Андриевского, настолько был велик авторитет этого человека.

Много разговоров о том, кто именно привносит здоровое зерно в строительство здоровых отношений, тренер, либо сами игроки. Так на чьих все же плечах лежит прямая ответственность за создание здоровой атмосферы в рядах команды ?

Целиком и полностью на фигуре главного тренера. Помню, был у нас такой момент, когда в начале второго сезона, тогда еще наставник гомельчан Евгений Лебедев, зашел к нам в раздевалку и сказал, что мы сплотились настолько, что ему сейчас надо нас буквально растаскивать друг от друга… И тренер был прав, ибо на тот момент, мы были едины, как бы это пафосно не звучало. Если мы идем куда-то, то идем, все вместе, если у кого-то из ребят была проблема, это была проблема всех нас. Ошибка Лебедева была в том, что на его месте, любой другой наставник позавидовал бы нашей работоспособности и сплоченности, а тренер видимо посчитал иначе, с этого, по сути, и началась подрывная работа, закончившаяся, увы, развалом основы основ, фундамента, на котором все и держалось…



Давай вернемся к нынешним временам, увы, еще в канун предсезонной подготовки ты почувствовал нервозность, что помешало нормально готовиться к сезону?

Андрей: Перед стартом предсезонной подготовки я посетил врача в Минске, который, после осмотра вынес вердикт, в котором говорилось о том, что мне необходим покой, в противном случае мы рискуем встретиться вновь, но уже на операционном столе, сказали мне тогда прямо в лицо. Естественно такая перспектива мне отнюдь не прибавила сил, и вместе с заключением эскулапа я направился в Гомель. Однако стоило предъявить мне этот документ тренерскому штабу, как тут же меня записали во враги. Мол, я симулянт, и хочу элементарно закосить предсезонные сборы. Естественно уже одно то, что подлинность данного документа было поставлено под сомнение, меня, откровенно говоря, расстроило. Ситуация совсем уж вышла из- под контроля, когда по инициативе тренерского штаба, против меня стали собирать какие-то подписи, всех членов команды просили расписаться под тем что симулирую. Вся эта история оставила, безусловно, горький осадок, и тот раскол в команде на два лагеря, после этого случая, лишь усугубил ситуацию, негативно сказавшись на наших отношениях в дальнейшем.


Ольга: просто обидно было за то, что за все время пребывания в клубе, Андрей никогда для себя ничего не попросил, никогда и никого не обманывал. А тут … кто-то, из числа тех кто его не знал, ходил, и смотрел на него косо, но, слава Богу, нашлись те люди, кто не стал подписываться под этим письмом. Наверное, вот этот период, с весны и до сентября, самый сложный за все эти годы, но мы его пережили.

Андрей: перед стартом сезона мне ясно дали понять о том, что если я не сумею восстановиться и заиграть, так как я могу, во мне здесь больше не заинтересованы, я не нужен. И тогда пришлось задуматься, а что если нет, а что если не сумею встать крепко на ноги после восьмого по счету сотрясения, было очень непросто. И становилось страшно только от одной мысли о том, что кроме как играть в хоккей, я больше ничего не умею в этой жизни…



Неужели в эту минуту в команде от тебя отвернулись абсолютно все…

Нет, не все. Но, откровенно говоря, некоторых людей я все же не понял …


Знаю о твоей богатой коллекции хоккейных программок, которые выпускаются в канун каждого домашнего матча «Гомеля», давно увлекся?

Андрей: В принципе да, уже не первый сезон стараюсь не упускать ни одного выпуска. Они аккуратной стопкой лежат на моем месте в раздевалке. Просто я любитель всякого рода статистики, цифр, стараюсь все оперативно отслеживать, быть всегда в курсе.


Давай попытаемся вспомнить самые яркие моменты твоего пребывания в Гомеле, дела хоккейные и не только …

Если вспомнить ледовые баталии, то, безусловно, самым ярким моментом является наше чемпионство. В тоже время, особняком стоит встреча с женой, и покупка любимой собаки (смеется).


На первой встрече с супругой предлагаю остановиться подробнее …

Андрей: …с Ольгой познакомились в «Мире Бильярда», в марте 2002 года. Александр Зеленко помню, приходит и говорит, мол? Андрей, я тут познакомился с красивыми девушками, короче, заинтересовал он меня. Решили организовать встречу, нас тогда? правда на свидание отправилось трое, вслед за нами увязался и Алексей Титовец. Я, правда, в бильярд играть не умел, поэтому пока парни стучали шарами, все больше как-то с девушками общался (смеется), и как итог, с тех пор мы рядом.


Ольга: до встречи с Андреем в хоккее не понимала ровным счетом ничего. Помню, приду с подругой на игру, и сижу себе, рассматриваю все по сторонам. Сейчас же, совсем иное дело, эмоции, темперамент, все буквально кипит, особенно если на льду вершиться несправедливость.


Отчего больше получаешь удовольствия, отдав классный пас, либо предпочитаешь отличиться самому?

Нет, предпочитаю отдать партнеру. Готов получать по рукам, но при первой же возможности всегда отдам на партнера. Куда приятнее, когда с твоих передач счет на табло меняется.


Просматривается тенденция, те из игроков, кто не проходит в первое звено, автоматически отправляются в четвертое, а то и в запас, обратно возвращаясь из небытия…

Для меня явилось откровением, когда после травмы в Гродно, я еще некоторое время, по сути, сидел в запасе, проводя в четвертом звене по 5-6 смен за игру. И вдруг, затем тренер меня переводит уже в первое, в то время как еще на тот момент я был готов на все сто. Признаться, этот шаг тренерского штаба остается для меня загадкой.

После паузы Андрей продолжил:

… всегда доставалось от прежних и нынешнего наставников, доставалось порой от того, что ко мне, тепло всегда относится болельщик. Не понимаю, почему так происходит, что я сделал плохого. Ведь я не хожу и не кричу на каждом углу, «голосуйте за Шевелева», люди сами, по собственной воле подходят и говорят тебе спасибо. А тут, оказывается, это кому-то не нравиться.


Существует та невидимая планка, опуститься ниже которой, ты себе не позволяешь?

Да, и очень во многом только из-за того, что на меня приходят посмотреть болельщики, которым я очень благодарен за теплую поддержку. Благодаря им и ради них, я выходу на лед и играю, так как умею, выкладываясь полностью. Открою секрет, и не слукавлю, если скажу, что последние два года я подписывал контракт с «Гомелем» только из-за людей, которые порой подходят и говорят мне спасибо… для меня это выше всех материальных ценностей медалей и кубков, это то, ради чего я существую как спортсмен.


Критик или самоед по натуре?

Ольга: позволю себе ответить первой, самоед, и до такой степени, что об этом известно только мне одной (смеется).

Андрей: да, бывает, конечно, часто анализирую свои ошибки, переживаю о том что не удалось сделать так как хотелось бы.

Ольга: Андрея всегда надо держать в тонусе, не давать расслабиться. Ибо стоит сказать ему, что все хорошо, все нормально, и он становиться неуправляемым.


И все же необходимо как-то порой отвлекаться, где находишь убежище?

Андрей: Компьютер и рыбалка. В последнее время рыбалка уже реже, а вот несколько часов убить сидя за компьютером для меня не проблема. Помогает снимать стресс и отвлекаться от проблем. А еще очень люблю янтарный напиток. Позволяло бы здоровье, потреблял бы с большим удовольствием. Это помогает снять стресс и нервное напряжение. И конечно, как и в любом деле, тут необходимо знать меру (смеется).


Ольга: и все же, именно рыбалка, в самые непростые минуты приходила на помощь. Прошлой весной, когда случилось очередное сотрясение мозга, именно вот эти хлопоты о рыбалке, сам процесс, очень помогли нам тогда. Андрей сумел хоть как-то отвлечься, отдохнуть, развеяться.


В последнее время, все те минские ребята что играли в составе «Гомеля», вернулись в родные пенаты, у тебя не было желания в определенный момент поступить также, собрав вещи и вернуться к истокам?

Андрей: Для меня Минск уже не дом. В феврале прошлого года у меня не стало отца, я позвонил матери и предложил перебираться к нам в Гомель, сказал маме лишь одно, бери вещи и приезжай… раньше да, город Минск для меня был эталоном, всегда стремился при первой же возможности побывать там. Однако спустя какое-то время я как-то поостыл что ли, пересмотрел взгляды на жизнь, и теперь не вижу себя вне города Гомеля.

Ольга: мы уже привыкли к этому ритму жизни. В Гомеле спокойнее, меньше городской суеты, в столице же наоборот, бешеный ритм жизни, все постоянно куда то бегут. Порой просто складывается такое ощущение, что в Минске у тебя постоянно кто-то сидит на плечах, чего не сказать о Гомеле, где намного комфортнее себя ощущаем.


Весьма необычная ситуация, муж на льду, супруга на трибунах, тебе уже потом, интересно узнавать, о чем говорят болельщики …?


Да, я всегда интересуюсь после игры, мнением с трибун. Со стороны виднее, что я сделал не так, где допустил какие-то промахи. Но поймите меня правильно, конечно мне, как и любому другому спортсмену, приятно, когда о тебе тепло отзываются, хвалят порой, говорят в глаза о том, что ты молодец, сыграл превосходно, но тут есть одно но. Необходимо все же помимо положительных эмоций и мнений, выслушивать и критику, здоровую критику в свой адрес, а ведь не бывает, так что все прошло гладко, всегда есть шероховатости в игре, есть неоднозначные моменты, где-то не добежал, где-то недоработал, именно здоровой критики и совета мне порой и не хватает. А похвала, она ведь порой действует и расхолаживающе, а посему, чтобы быть всегда в тонусе, необходимо с двух сторон подходить ко всем вопросам.

Ольга, но вы все же смотрите за игрой супруга больше как болельщик, либо как критик?

Скорее как критик. Стараюсь подсказать Андрею, указать ему на просчеты, что-то посоветовать. И он старается прислушиваться, никогда не воспринимает в штыки, а наоборот, с пониманием выслушивает мою точку зрения.


Андрей, но ведь бывают моменты, когда по ряду причин ты не готов на все сто. Жизненные потрясения, плохая форма, непредвиденные ситуации, от этого не застрахован никто …

Правильно, а кого интересуют мои проблемы? Все те кто приходят смотреть хоккей, пришли за зрелищем, и я стараюсь всегда и в любом состоянии выходя на лед показать максимум возможного. Болен ты, не выспался, травмирован, либо беспокоят головные боли, вышел на лед, будь добр, покажи все, на что способен. Это моя работа, работа, которую я стараюсь выполнять добросовестно.


Тебе довелось играть под руководством, как Владимира Синицына, так и Анатолия Варивончика, две абсолютно разные тренерские методики…

Мне больше импонирует стиль Синицына. Когда прошла смена, и ты моментально получил своим действиям на льду оценку, пусть порой даже в резкой форме, это придает куража и моментально приободряет. Напротив, отыграть и сесть на лавку запасных погрузившись в тишину, не мое. Даже перегнув палку, в эмоциональной запаре, Синицын всегда приходил и извинялся перед теми, на кого из нас, возможно, вчера сказал лишнего.


Знаю, что некоторые команды практикуют частые сборы коллектива на культурные мероприятия массового характера, так сказать для сплочения духа, на твой взгляд, это беспроигрышный вариант?

Скорее да чем нет. В «Гомеле» была аналогичная ситуация три года назад. После игры бывало один из ребят вдруг заявляет всем о том, что, к примеру, через два часа мы собираемся там, и все, независимо от семейного положения, приходили, мы собирались, обсуждали насущные проблемы, балагурили, и таким вот образом мы становились ближе друг к другу, зарождалось чувство локтя. Сейчас же от этой практики отошли. Поменялись времена, ушли многие из тех, кто был тогда у истоков.


О чем мечтаешь?

Хотел бы довершить строительство дома, а также вырастить дочку.

О чем сожалеешь?

Жалею, что в свое время нам с Максимом Слышем так и не дали шанса заиграть где-то. Ни в сборной, ни в Европе. Удалось нам выбраться в пятнадцатилетнем возрасте в московское ЦСКА, однако тогда тренер нам сказал, что крутитесь ребята, как хотите, но мне вас негде приютить, одним словом прикрывшись жилищным вопросом, нас культурно отодвинули в сторонку. И только потом мы узнали, что тренеру надо было заплатить, чтобы нас все же оставили в Москве, но по тем временам, с зарплатой наших родителей в 50 долларов, собирать, вероятно, пришлось бы минимум года два. Обидно, что своевременно не сообщали о том, что нами интересуются, а ведь приходили запросы на нас из разных лиг и чемпионатов других стран, однако мы об этом узнавали, когда уже было поздно что-то предпринять.

Что тревожит?

Тревожит мысль о том, что в один прекрасный момент придется вешать коньки на гвоздь. Я мысленно стараюсь отдалить этот момент, не думать о том, что будет. А ведь по сути, никто не знает, как сложиться твоя карьера. Или отыграешь лет пять, или уже на завтра получишь травму, оправиться от которой уже не сможешь. Я боюсь остаться на обочине, ведь кроме как играть в хоккей я ничего делать не умею. Ощущение того, что ты можешь быть не востребован, действует разрушающе изнутри.


В раздевалке ты унаследовал место Андрея Андриевского…

Я специально занял место Андрея, и не намерен был никому его уступать. Когда Андриевский в последствии узнал об этом, он был рад, сказав что счастлив что это место досталось именно мне.

Давай заглянем вперед, каким видится тебе следующий сезон, и наверное самое главное для болельщиков, где ты видишь себя?

Сейчас не хотел бы говорить конкретно. Скажу, что скоро вопрос прояснится. Я хочу сказать лишь об одном сейчас. Всегда, все эти пять с лишним лет у меня была своя философия, свой подход к работе. Играя с каждым годом все лучше и лучше, ты вправе ожидать более теплого отношения к тебе со стороны руководства. Прошел год, я подумал, что, наверное, сыграл недостаточно хорошо, прошел еще год, звание чемпиона, кубок Страны, признание болельщиков, и все по-прежнему. К тебе как относились, словно к серой боевой единице, так и продолжают относиться. Вот что коробит до глубины души. А ведь нам, хоккеистам, не нужны золотые горы и нули в контрактах, мы нуждаемся в элементарном уважении, понимании и справедливости. Когда этого нет, то ощущения прямо сказать не из приятных. Костьми все это время ложился на пути невзгод и проблем, а тебе за это, даже спасибо не каждый готов сказать …


Согласен, что время, когда условия игрокам предлагает клуб прошло?

Да. Прошло то время, когда хоккеист как школьник выслушивал требования со стороны руководства, настала пора, когда уже сам хоккеист выдвигает свои требования руководству команды, и уже руководство должно решать, способно ли оно удовлетворить запросы этого игрока либо нет. А что же это получается, нам навязывают, а вы играйте? Где выбор? Кто выходит на лед? Поэтому не стоит себя загонять изначально в положение заложника, необходимо поменять этот подход, он в корне губителен. К сожалению, именно из-за подобного подхода в решении вопроса, мы в большей степени, и лишились того состава, благодаря которому и ковалась победа на внутренней и международной аренах.

(на фотографии: Андрей Шевелев угрожает воротам соперника. «Гомель»-«Енбек», Кубок Дружбы-2005)


































Вам нужно , чтобы вы могли комментировать